ник: Кабан
вот рецензия понравилась
"Начну чуть издалека. Бортко старый человек. Как режиссер он из Советского Союза – учился, снимал и снимал достаточно много еще махровое советское время. У него в конце 70-х первый фильм (к слову про аварию на АЭС из-за человеческого и технологических факторов, название забыл). «Собачье сердце» - 88 год, кажется. Он режиссер состоявшийся в советское время. А старого кобеля новым фокусам не научишь. Он снимает так, как снимал тогда. Работает с актерами так, как работал тогда. А пометавшись после «Собачьего сердца», он понял что это самый большой успел и «зафиксировал» его. Дальше пошла технология: берется классика, максимально хорошие артисты, консервативная съемка и монтаж (да и не умеет иначе) и на выходе есть то, что есть. Делает то, что умеет. Видимо чувствителен к неудачам.
Бортко последний советский режиссер. Не считать же таковым скорбным головой Рязанова.
В этом смысле он похож на Клинта Иствуда. Тот фактически сейчас последний режиссер старой школы на Обамовщине. Снимает так, как снимали в семидесятых и срать на всех хотел. Даже его последний «Гран Торино» это, по сути, его прощальный привет «Грязному Гарри». Тоже фиксация на успехе.
Теперь первоисточник. «Тарас Бульба» это сути былина. Сага. Внутренний пафос. Рассказ об идеальных людях. Религиозность Гоголя между строк. Остап кричащий: Батько! , зовущий отца, это ведь аллюзия совсем к другой истории… Греческая трагедия по уровню основного конфликта.
Как эту историю снимать? Можно ли это снять в монтажном и событийном темпе «форсажа»? Ебанутым видимо кажется, что можно. Опять же отсылаю к «Гран Торино». Истувуд снимает также. Медленно, тягуче. Неспешный монтаж. Это история людей, а не кинотехнологий.
Гоголь не сценарист. Его сложноподчиненные реплики так сложно проговаривать актерам. Герои Гоголя пафосны. Они эмоционально зажаты Гоголем в рамках основного конфликта. На экране они бы выглядели искусственны. Бортко со сценаристом старается их эмоционально оживить. Человеченки добавляет, это единственная его правка Гоголя – купание новорожденного в Днепре, воспоминания Бахчисарая, прощание Товкача (героя Леся Сердюка) с братом, полячка и ребенок – это все оттуда.
Теперь о деньгах. Сначала звучала цифра 25 миллионов, сейчас 15. Не думаю, что украли. Думаю, что рубанули денежный краник в процессе. Это не могло не сказаться. Историческое кино вещь дорогая. Одеть статиста в исторический костюм, по деньгам один хрен что одеть его из бутика. Ну, если он не клошар, конечно. Нормальная лошадь в день от 80 долларов стоит. А если их сотня? Деньги горят со страшной силой.
Декорация. Их нет. Замка нет. Строить страшно дорого. Каменец-Подольский не пригоден для того, чтобы там снимать всю крепость. Её можно снимать кусками. Тут кусок стены, там кусок стены. Какая операторская работа? Если чуть в сторону камеру повести и гавно полезет – домики, столбы электропередач и прочее. Можно снять двадцать тыкающих друг в друга человечков, но народ же жаждет Властелина колец, сотни граждан волтузящих друг-друга насмерть. А каждый профессионально машущий железкой товарищ – это каскадер, с зарплатой отличной от статиста. Это костюм, это труд дополнительных гримеров и костюмеров, это корм для его организма, а денежки горят. По деньгам и снято.
Бортко любит снимать лица. Крупно. Глаза. Любит паузы. Обычное такое советское кино. Это задает дальнейший монтаж. Во время боев постоянные бесконечные фразы: Привет доблестными защитникам Севастополя от моряков Краснозменного балтийского флота! Как их монтировать? Рубить картинку в капусту и устраивать «Трансформеры»? А как это возможно, если герои общаются, как персонажи Софокла? Ну ни как не может тут быть 70 склеек в минуту. Но ебанаты хотят, как в Матрице. Да, бедно снято. Нет больших общих планов мочилова, нет воронов охуевающих с высоты от изобилия пищи на площади пять квадратных километров. Есть средние и крупные. На них и крутятся.
Цвет, звук – вкусовщина чистой воды. Звук адекватный общему уровню. Цвет меня не раздражает. Нормальное средневековье – грязно-мрачное. Нет гламурной аляповатости? Смотрите «Историю рыцаря».
Музыка. Корнелюк, конечно, дает Морриконе. Ну, в меру корнелюковских сил. А с другой стороны, куда Бортко деваться. Корнелюк гражданин проверенный – во всяком случае напишет хоть совсем не постыдное. На музыку Бортко, есть ощущение забил, сразу подведя её к некому удобоваримому уровню с помощью Корнелюка.
Работа художника мне нравится. Цельная, меня не раздражает. А что там такие жабо не носили - меня мало колышет. Есть общая картинка. В этом смысле Гоффмановский ряд иногда напоминал гей-парад в Берлине.
Кастинг. Хороших актеров в районе 30 и младше нет. В России нет. Про нас вообще молчу. Кого снимать и как быть? Талантливые любители затертые сериалами. Петренко анимированное полено. Полено для Веры. А кого вместо него? Вот в порядке предложения? Я на этот вопрос ответа не нахожу.
Лучший, для меня – Лесь Сердюк. Блин, второй план, а такой космос. Лучшая, лучшая роль. Живет человек этим. Дай Б-г, увижу, поблагодарю, как смогу, какие слова найти смогу. Ступка – на уровне. Но без прорывов. Но у него уровень такой, что у Петренко шейные позвонки ломаются, когда на него смотрит.
Безруков не раздражает. Что я могу сказать? Это субъективно – меня не раздражает. Хотя Безрукова терпеть не могу. В больших дозах приторен, что и говорить.
Что еще? Можно потыкать в лихо разрубаемые кирасы, в безумную скачку на крепостные стены, но это все фигня, в общем то. В «Огнем и мечом» Сенкевич с Гофманом херню просто вагонными нормами отгружают, и ничего. К слову, там фильм передовой. Тугай-бей передвигался по Польше в сопровождении походных пидаров. Гомосятина раскрыта.
Расписался, что-то забыл, наверно. Но буду резюмировать. Тут просто.
Это не шедевр. Это просто хорошее советское кино. Видимо последнее советское кино, которое мы видели."